приборы

В унисон со временем: синтезатор как пример музыкальной мимикрии

446
0
18/08/2023
Изображение создано с помощью нейросети
приборы
446
0
18 августа 2023
В унисон со временем: синтезатор как пример музыкальной мимикрии

Из всех изобретённых человеком музыкальных инструментов синтезатор считается самым универсальным. И дело не в том, что на нём можно сыграть одновременно фортепиано и скрипку, воспроизвести барабанную дробь или «запилить» гитарное соло. Уникальность синтезатора — в его способности звучать в унисон с эпохой, генерировать любой «вайб», требуемый временем. Музыкант из Санкт-Петербурга Артём Собко занимается синтезаторной музыкой 15 лет и развивает собственный проект Asphodela, посвящённый эмбиенту — атмосферным композициям, основанным на модуляциях звукового тембра. Мы попросили Артёма взглянуть на любимый инструмент не только с творческой, но и с инженерной точки зрения.

Изображение создано с помощью нейросети

Без побочных эффектов

В своей обычной жизни я специалист в сфере клинических исследований, работаю в фармацевтической индустрии. Музыка — моё второе призвание, которому я уделяю не меньше времени и сил. Многие в Петербурге знают меня именно как музыканта.

Моё увлечение синтезаторами началось ещё со школьной скамьи. Но меня привлекали не только мелодия, тексты, голос. Мне нравилось само звучание разных инструментов, процесс звукоизвлечения. Я уделял большое внимание их тембру. Постепенно втянулся и стал играть вместе с коллективами — на клавишах. Это были андеграундные проекты, какие-то из Петербурга, с какими-то мы взаимодействовали удалённо. Но вместе с этим я занимался и сольным творчеством.

Пространство для креатива

Эмбиент меня заинтересовал по нескольким причинам. Во-первых, в этом жанре можно сочинять в одиночестве, используя синтезатор. Во-вторых, музыка такого формата сфокусирована именно на тембре, на самом звучании. Осязаемая мелодия или гармония в данном случае отходят на второй план. Ключевая задача артиста, работающего в таком жанре, — передать аудитории необычные звуковые ощущения, удивить их.

Также я всегда любил этническую музыку — греческую, ближневосточную, индийскую, — в которой тембр играет очень важную роль. Мой проект Asphodela — про слияние современных электронных и традиционных этнотечений. В этномузыке используются уникальные инструменты, с помощью которых можно создавать пространственные эффекты, — например, индийская танпура. Удивительное изобретение: три струны, и исполнитель весь концерт извлекает три ноты. При поверхностном знакомстве с культурой это может показаться странным, но вникая, понимаешь: танпура создаёт звуковое пространство, в которое можно вписать ситар или любой другой мелодичный инструмент.

Эмбиент с петербургским акцентом

У нас в стране был подъём интереса к жанру эмбиент, наверное, в 2010-х. Изначально русская его версия, в частности петербургская, имела ярко выраженный уклон в индастриал. Для петербургского эмбиента характерны такие, может быть, немного мрачноватые или тревожные звуковые ландшафты. Музыканты пытались транслировать через этот стиль свой опыт жизни в мегаполисах. Но со временем произошла дифференциация: одни стали больше интересоваться природой, приблизились к этнической музыке, к таким жанрам, как даб, например; другие перешли к исполнению на «живых» инструментах.

У истоков синтетического звука

Сейчас и представить-то сложно, что столетие тому назад только такие — «живые» — инструменты и существовали. Начало XX века — удивительное время, когда инженерное искусство порождало шедевры, меняющие весь художественный мир. Один из гениев той поры — российский изобретатель Лев Сергеевич Термен. Принципы бесконтактного управления устройством, которые он реализовал в своём терменвоксе, популярны до сих пор. На примере его инженерной мысли хорошо видно, как сильно синтезаторы опередили время. Первые опыты с акустикой и электричеством проводил ещё в середине XIX века физик Герман фон Гельмгольц. Но тогда эти эксперименты не вызвали большого интереса со стороны научного сообщества.

Только в 1920−30-х годах стали появляться различные электрические и электромеханические инструменты, предназначенные именно для занятия музыкой: телармониум, траутониум, волны Мартено в США и Западной Европе, вариофон, эмиритон в СССР. Это были, как правило, устройства, оснащённые ламповыми генераторами звука и с различными способами звукоизвлечения. Но все они были громоздкими, дорогими и либо выпускались малыми тиражами, как в США и Европе, либо вовсе собирались в кустарных условиях в нескольких экземплярах, как в СССР.

В 1919—1920 годах он занимался измерением различных параметров газа с помощью электромагнитных излучателей. В ходе этих экспериментов частота электромагнитных сигналов, с помощью которых проводились измерения, иногда выходила в звуковой диапазон. Считается, что это и натолкнуло Термена на идею создать свой первый электромузыкальный инструмент.

Технология простоты

Это было устройство из лампового генератора звука и двух антенн, с помощью которых можно управлять высотой тона и громкостью, приближая и удаляя руку от самого генератора. Тактильное взаимодействие с инструментом при этом исключалось. В наш век беспроводной связи и умных домов это уже не кажется чем-то из ряда вон выходящим, но тогда такое новшество вызывало у современников восхищение. Оригинальность прибора и не в последнюю очередь организаторские способности самого Термена, а также связи с высшим руководством Советского Союза обеспечили терменвоксу колоссальную известность на родине и за её пределами — прежде всего, в США и Европе. Но среди предков современных синтезаторов он был не один.

Кинематограф как стимул

На Западе наибольшего успеха в то время достиг немецкий композитор Оскар Сала. Он прославился тем, что записывал музыку для рекламы и кино с помощью траутониума — изобретения своего соотечественника Фридриха Траутвайна. Последователем Траутвайна стал Гарольд Боде, тоже представитель немецкой инженерной школы. Создав ранее несколько моделей электроорганов, он в 1959 году из отдельных блоков собрал синтезатор, получивший название Audio System Synthesizer. Одним из его предназначений было использование в кинематографе, так как аппарат имел относительно компактные размеры, богатые на то время возможности по синтезу звука и умел обрабатывать уже записанные звуки. Такая функциональность достигалась как раз за счёт модульного устройства: композитор мог соединять нужные модули исходя из своих задач и получать предсказуемый результат. Предполагалось, что кинокомпозиторы смогут благодаря этому быстро создавать нужные шумовые эффекты и писать музыку к фильмам.

Модули и фильтры

Пока кинопрофессионалы находились в поиске, терменвокс продолжал покорять сердца западных экспериментаторов. Одним из них оказался американец Роберт Муг. В 1960-х годах он открыл компанию по производству терменвоксов, которые со временем модернизировал. Заменив лампы на транзисторы, он добился удешевления производства, однако настоящий прорыв в его работе произошёл, когда Муг решил реализовать для своих новых синтезаторов модульный принцип инструмента Боде.

К 1960-м годам использование полупроводниковых транзисторов вызвало настоящую революцию в мире радиоэлектроники и электротехники, что послужило толчком к бурному развитию синтезаторов и электронной музыки.

Система Муга тогда состояла из отдельных модулей конкретного предназначения. Соединять их нужно было с помощью специальных кабелей. Генераторы звука — осцилляторы — и другие модули управлялись изменением напряжения тока. Сердцем системы Муга стал фильтр низких частот (Ladder Filter), который пропускает звуковой спектр ниже определённой частоты и подавляет спектр выше этой частоты.

Синтезаторы Муга позволили добиться невероятного по тем временам тембрального богатства и разнообразия, менять характеристики звука вручную или по определённому алгоритму работы модулей, то есть синтезировать меняющийся во времени звук.

Ещё одной инновацией Муга стало использование клавиатуры, которая полностью повторяла по форме и размерам фортепианную. Это привлекло внимание не только авангардистов и энтузиастов электронной музыки, но и музыкантов более традиционных жанров, обладающих навыком игры на фортепиано. Муг сделал синтезатор массовым инструментом, пригодным для исполнения практически любой музыки, благодаря чему электронный звук стал неотъемлемой частью массовой культуры.

Одной из первых записей, созданной с помощью Moog Modular, был альбом Уолтера Карлоса Switched on Bach, изданный в 1968 году. В альбоме были представлены избранные сочинения Баха. По просьбе Карлоса Роберт Муг разработал специально для этого проекта динамическую клавиатуру, которая позволяла регулировать громкость звука с помощью силы нажатия на клавишу. В дальнейшем такие клавиатуры стали широко распространены.

О модульных системах, которые, как и терменвокс, до сих пор не утратили актуальность, мы поговорим другой статье отдельно. Это большая и очень интересная тема.

Идейная дружба

Пока Муг изобретал свою систему в Нью-Йорке, на другом конце США, в Калифорнии, аналогичную работу вёл другой инженер — Дон Букла. Так же, как и Муг, Букла был увлечён идеей создания модульной синтезаторной системы, которая позволила бы создавать разнообразные звуки, но при этом была бы компактной и доступной.

В 1960 году он собрал первый образец для композитора-авангардиста Мортона Суботника, который получил на эти цели грант в фонде Рокфеллера. В те времена серьёзные студии электронной музыки всё ещё представляли собой помещения, наполненные громоздкой и дорогостоящей аппаратурой, использование которой напрочь исключало любую мобильность. Букла и Суботник объединили усилия, чтобы всё это оборудование миниатюризировать. Так родилась система Buchla 100. Размер её отдельных модулей был меньше, чем у Муга, и они были так же чётко дифференцированы по своим функциям. Любой параметр управлялся изменением напряжения тока. Все модули состояли из высококачественных компонентов и транзисторов.

Дон Букла и Роберт Муг познакомились в 1968 году и были немало удивлены, насколько схожие вещи они делали при всех различиях в философии синтеза и общей эстетике. Букла даже участвовал в проектировании оборудования для компании Moog. Но в отличие от Муга он был сосредоточен на музыкальном авангарде и стремился создать такой инструмент, который был бы далёк от классических представлений и клише. Например, наотрез отказался от идеи использования клавиатуры фортепианного типа: вместо этого использовалась металлическая сенсорная панель, которая позволяла играть в нетрадиционных темперациях. Также в системе Буклы использовались вактролы для управления динамикой звука, которые позволяли получать тембры, очень близкие к перкуссионным звукам. Кардинальное отличие было и в самой методике синтеза: если синтезатор Муга создавал гармонически богатый тон, который потом фильтровался, то процесс создания тембра в синтезаторе Буклы начинался с простого тона, который в процессе синтеза усложнялся за счёт различных типов модуляции.

Ещё одним новаторским решением было использование генераторов случайного напряжения, которые могли внести некоторую непредсказуемость в звучание, вплоть до абсолютно случайного создания тембра и композиции.

Все эти особенности подхода Буклы не сделали его инструменты столь же популярными в массовой среде, как синтезаторы Муга, но именно Муг и Букла создали концепт того, что мы сейчас подразумеваем под синтезатором: выделение в нём отдельных блоков-модулей, чёткая их дифференцировка по функциям, управление с помощью изменения напряжения. Многие идеи Буклы были по достоинству оценены уже следующими поколениями инженеров и получили развитие в 2000-х годах.

За железным занавесом

СССР подарил миру уникальный синтезатор АНС. Его создатель — советский инженер Евгений Мурзин — почти всю жизнь занимался военным приборостроением и отличился в разработке систем наведения артиллерийских систем и авиации, в том числе используя акустические принципы. Также он был очень увлечён творчеством композитора Александра Николаевича Скрябина и хотел реализовать его идеи относительно взаимосвязи музыки и цвета. Это привело Мурзина к созданию концепции электромузыкального инструмента, в котором генерация звука осуществлялась бы с помощью света, цвета и формы. Он начал собирать его ещё в 1938 году и продолжил после окончания Великой Отечественной войны. Синтезатор был завершён в 1958 году и получил название в виде инициалов великого русского композитора — АНС.

Принцип действия АНС, в название которого выведены инициалы Скрябина, основан на методе оптической записи звука, когда звуковой сигнал управляет световым потоком, создающим на киноплёнке засвеченную полосу переменной ширины и плотности. Она может быть преобразована обратно в звук с помощью света и фотоэлемента. В АНС вместо киноплёнки используются пять прозрачных дисков, на которые наносятся рисунки, преобразуемые в звук.

Рисуя изображения, композитор таким образом одновременно пишет партитуру и задаёт характеристики тембра и динамики звука. Фактически рисунок на диске является спектрограммой всего музыкального произведения.

У АНС нет клавиатуры и нет возможности исполнять музыку в реальном времени, однако предполагалось, что композитор сможет самостоятельно, без привлечения сторонних людей сочинять, записывать и воспроизводить композиции. В чём-то это предвосхитило возможности, которые появились гораздо позже с развитием мультимедиа на персональных компьютерах.

Уникальной особенностью АНС было наличие полифонии, а октава делилась на 72 части. Такое разделение позволяло синтезировать не только ноты в рамках нормальной 12-тоновой темперации, но и отдельные гармоники и обертоны. Всё это позволяло создавать невероятно тембрально богатые звуки, охватывая десять октав, то есть фактически весь частотный диапазон слуха человека: от 21 Гц до 21,6 кГц.

Мурзин прилагал огромные усилия, чтобы запустить АНС в массовое производство, но в 1970 году скончался. Один из двух экземпляров АНС был утерян, единственный оставшийся хранится теперь в Национальном музее музыки им. Глинки в Москве.

Всемирную известность АНС принесла музыка, которая с его помощью создавалась. АНС использовали композиторы Шнитке, Денисов, Губайдулина, Крейчи, Немтин, но по-настоящему АНС раскрылся в руках Эдуарда Артемьева: его саундтреки к фильмам Андрея Тарковского «Солярис» (1972), «Зеркало» (1975), «Сталкер» (1979) повлияли на всю электронную музыку своего времени и во многом заложили основы такого жанра, как эмбиент.

Поливокс — советский синтезатор, созданный под руководством инженера Владимира Кузьмина в 1980-х годах. Он многим запомнился своим невероятно ярким и резким звуком, который получался за счёт уникального фильтра и использования специфических электронных компонентов. Поливокс до сих пор очень ценится в мировой электронной музыке. Его можно услышать в поздних альбомах Depeche Mode, The Prodigy и Aphex Twin.

Традиция генерировать

Благодаря таланту таких выдающихся инженеров, как Лев Термен, Евгений Мурзин и Владимир Кузьмин Россия заняла уникальное место в мире электронной музыки и создания синтезаторов. Мы можем гордиться вкладом в мировую электронную культуру, и я надеюсь, что этот вклад будет увеличиваться с годами. За примерами далеко ходить не надо. В Москве, например, есть одна интересная компания — SOMA Laboratory. Она изготавливает синтезаторы, концепция которых очень далека от привычного нам электронного прибора с клавиатурой. У SOMA Laboratory синтезаторы работают на основе сенсорных панелей, которые музыкант соединяет руками, делая из своего тела фактически часть инструмента — проводник электрического тока. При этом генерируются какие-то очень необычные звуки.

Есть у этой компании и крайне любопытные приборы. Например, такой, который позволяет преобразовывать в звук дыхание человека. Получается своеобразная электронная флейта. Уверен, талантливых изобретателей и инженеров-новаторов хватает и в других областях нашей большой страны. О некоторых из них мы рано или поздно обязательно с вами узнаем.

Наверх

Будь первым, кто оставит комментарий